Методология научного познания                       

Закономерное, Вероятное, Случайное

«Высшим долгом физи­ков является поиск тех общих элементарных законов, из которых путем чистой дедук­ции можно получить картину мира» (Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 9).

Очевидно, что существование какого-либо явления обусловлено всей совокупно­стью явлений, каким-то образом связанных с ним, воздействующих на него и вызывающих определенные изменения. Эти связи могут быть необходимыми, возможными, случайными.

Возникновение любых объектов и систем и изменение во времени их характеристик (свойств) имеют свои определяющие основания в предшествующих состояниях материи. Эти основания и называются причинами, а вызываемые ими изменения следствиями (иногда действиями).

Основной принцип научного познания принцип детерминизма заключается в признании всех научных законов причинно-следственными связями. В «Философской энциклопедии» детерминизм определяется как «учение о всеобщей причинной материальной обусловленности природ­ных, общественных и психических явлений» (Философская энциклопе­дия. М., 1960. Т. 1. С. 464).

Аналогичное определение термина «детер­минизм» встречается и в зарубежной философии. «Детерминизм» мо­жет быть определен просто как доктрина, согласно которой каждое со­бытие имеет причину».

Идея причинности означает, что все существующее возникает из уже существовавшего как результат активности самой материи. Ста­новление происходит на основе ставшего. Это и делает причинность главной идеей детерминизма как учения о всеобщей объ­ективной обусловленности явлений. Впрочем, понятия детерминизма и причинности не идентичны, поскольку детерминизм рассматривает то или иное событие не только с учетом причинности, но и во всем комплексе предшествовавших ему условий. В частности, он учитывает период воздействия, свойства объекта, на который воздействует причина, и т.д.

Соответственно, индетерминизм включает в себя отрицание причинности.

Категория причинности является одной из исходных философских категорий и ее нельзя формальным образом определить через более общие понятия. Представления о причинности сформировались в конечном счете в процессе и на основе практической деятельности чело­века (Энгельс Ф. Диалектика природы. М., 1950. С. 182).

Суть человеческого познания - выявление устойчивых закономерностей в природе и обществе, т.е. поиск необходимых повторений причин и следствий. Необходимость понимается тут как существенная, «жесткая» связь явлений, однозначно определяющая их существова­ние при данном комплексе условий.

Скажем, необходимыми усло­виями горения настольной лампочки являются: доброкачественность электролампы, замыкание электроцепи, питающей лампу, исправность электропроводки, наличие линии электропередачи, бесперебойная работа системы повышающих и понижающих трансформаторов, функционирование электростанции вместе с обслуживающим персоналом и т.д., вплоть до существования Вселенной.

В философии содержание причинности обычно выявляется через анализ ее связей с другими философскими категориями, при этом подчеркиваются объективность причинности и ее необходимый характер. Особое значение для понима­ния природы причинности имеет генетический принцип (принцип порож­дения), отличающий причинность от любой необ­ходимой связи (Кузнецов И.В. Принцип причинности и его роль в познании природы // Проблема причинности в современной физике. М., 1975)

Причинность это генетическая связь между отдельными состояниями видов и форм материи в процессах её движения и развития.

Причинно-следственные связи могут иметь:

а) исключительный характер для появления следствия необходимо уникальное стечение обстоятельств;

б) при определенных обстоятельствах возникновение следствия возможно, хотя не обязательно;

в) наличие одних и тех же предпосылок всегда является причиной строго определенных результатов.

По мнению Аристотеля, «Случай есть причина побочным образом» (Аристотель, Фи­зика. М., 1937. С. 39).

Гегель определял случайное как «нечто такое, что может быть и может также и не быть, которое может быть таким, а также и другим, чье бытие или небытие, бытие такого или другого рода имеет свое основание не в нем самом, а в другом» (Гегель, Соч.. Т. I. М., 1930. С. 243).

Подчеркивая главное различие между развитием природы и историей общества, Ф. Энгельс отме­чал: «В природе (поскольку мы оставляем в стороне обратное влияние на нее человека) действуют одна на другую лишь слепые, бессознатель­ные силы, во взаимодействии которых и проявляются общие законы. Здесь нигде нет сознательной, желаемой цели: ни в бесчисленных кажу­щихся случайностях, видимых на поверхности, ни в окончательных ре­зультатах, подтверждающих наличие закономерности внутри этих слу­чайностей. Наоборот, в истории общества действуют люди, одаренные сознанием, поступающие обдуманно или под влиянием страсти, стремя­щиеся к определенным целям. Здесь ничто не делается без сознательного намерения, без желаемой цели» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.. Т. 21. С. 305-306).

Раскрывая принципы применения вероятностно-статисти­ческих методов в сфере социальной жизни, академик В.С. Немчинов писал: «Сово­купное действие большого числа индивидуальных причин и условий, со­держащих в себе элементы случайного характера, при некоторых весьма общих условиях приводит к результату, почти независимому от слу­чая» (Немчинов В.С. Статистика как наука //Вопросы экономики. 1952. №10. С. 105).

Вместе с тем мы можем воспринимать как произвольное или случайное такое явление, закономерности которого нами еще не выявлены. Как писал Ф. Энгельс: «Но где на поверх­ности происходит игра случая, там сама эта случайность всегда оказы­вается подчиненной внутренним скрытым законам. Все дело лишь в том, чтобы открыть эти законы» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: Т. 21. С. 306).

В научной литературе давно известно: то, что случайно в одном ряду причин, может оказаться необходимым, но уже в ином отношении, в другой причинной цепи. Такая трактовка придает гибкость категориям случайности и необходимости, но она не затемняет и не стирает определенности различия выражаемых ими типов связей. В обсуждении такого рода проблем важно помнить, что «диалектическая форма изложения верна толь­ко в том случае, если она знает свои границы» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.. Т. 46, ч. II. С. 491).

По­нимание Ф. Энгельсом случайности как формы проявления необходимости и дополнения к ней, раз­витие В.И. Лениным диалектики необходимости и случайности, в т.ч. вопроса о вза­имных переходах и превращениях случайного и необходимого, служат базой для разработки этих ка­тегорий, отвечающей потребностям современной науки и практики.

Как известно, в классической механике в качестве причин измене­ния движений рассматривались лишь внешние по отношению к некото­рому изолированному объекту силы. Под влиянием идей этой науки генетичность в механическом материализме сводилась лишь к внешним воздействиям.

В настоящее время вероятностно-статистические представ­ления все более тесно связываются с системно-структурным подходом к исследуемым объектам. Структурный подход к явлениям сразу выявил необходимость обратить внимание на внутренние основания появления и развития объектов. Окончательное преодоление в естествознании взглядов на причины как нечто внешнее связано с ве­роятностными методами, рассматривающими системы одновременно, во-первых, с точки зрения их внутренней расчлененности, во-вторых, с точки зрения обусловленности их внешними условиями.